Карло ожидал меня в клубе
Паскуале. Он пил вино и курил чирутку. Он помахал мне, я пересек пустой зал и
опустился в свободное кресло рядом с ним.
– Ну, в чем дело? –
спросил он. – Пить будешь?
Я отрицательно покачал
головой.
– Ты мне говорил, что,
если мы пойдем в одной упряжке, ты мне поможешь. У тебя есть прекрасная
возможность доказать, что это не пустые слова.
Он выслушал мои объяснения
насчет Сарти, прищурив глаза, раскачиваясь на кресле и пуская дым в потолок.
– Старый Чалмерс
приказал мне нанять частного детектива, чтобы тот покопался в прошлом его
дочери. Я никак не ожидал, что Сарти будет копать так глубоко. Он откопал меня.
Карло посмотрел на меня без
всякого выражения.
– И что?
– И теперь он меня
шантажирует на десять миллионов лир. Если я не заплачу, он передаст собранную
информацию в полицию.
– Насколько опасна эта
информация? – спросил Карло, почесывая подбородок грязными пальцами и
продолжая раскачиваться в кресле.
– Если полиция ее
получит, то со мной покончено. И у меня нет десяти миллионов лир – даже и
близко. Так что, если хочешь, чтобы я для тебя смотался в Ниццу, будь добр,
быстро что-то предприми.
– Типа?
– Это уже твоя забота.
Сомневаюсь, чтобы ты захотел одолжить мне 10 миллионов лир. Или одолжишь?
Он заржал, закинув голову,
потом сказал:
– Да ты шутник,
приятель. Ладно, пойдем посмотрим на этого подонка. Я с ним потолкую.
Мне страшно не хотелось быть
участником карательной экспедиции, потому я сказал Карло, что вряд ли Сарти
сейчас дома. Не лучше ли, мол, Карло отправиться завтра утром к Сарти в
контору, пока я буду находиться в Неаполе на полицейском дознании.
Он положил руку мне на плечо,
заглянув в лицо, и проникновенно сказал:
– Он будет дома.
Время-то обеденное. А дело касается тебя. Вдвоем мы его уделаем.
К Сарти мы поехали на
знакомом зеленом «рено».
– Я знаю, где он живет,
этот прохвост, – говорил Карло. – Мы с ним уже обтяпывали кое-какие
дела. Он меня просто обожает. Вот увидишь, он все сделает, лишь бы я был
доволен.
Он остановился перед
невзрачным зданием на виа Фламиния Незова, вышел из машины, быстрыми шагами
пересек тротуар и, перепрыгивая через ступени, поднялся на второй этаж. Я едва
успевал за ним. На правой стороне двери была прикреплена дощечка с указанием
имени и занятия владельца.
Карло нажал на кнопку звонка
и держал палец, пока за дверью не послышались шаги. Дверь чуть-чуть
приоткрылась, на какое-то мгновение мелькнула грязная, небритая физиономия
Сарти… Он пытался сразу же захлопнуть дверь, но у него не вышло. Карло этого
ждал и изо всей силы двинул по двери ногой. Дверь распахнулась, сметая Сарти
внутрь. Сарти, заорав от боли и ужаса, отлетел назад и рухнул на пол.
Карло вошел первым, пропустил
меня, потом пинком захлопнул за нами дверь. Молча подойдя к Сарти, он схватил
его за шиворот, приподнял и потряс в воздухе, как это делают с напакостившим
котенком. Воротник сдавил шею Сарти. Тот побагровел, посинел, но все же пару
раз ударил по лицу Карло. Впрочем, эти хилые касания не возымели никакого
действия на верзилу: ни морального ни физического.
Опустив Сарти на пол, он
врезал ему такого пинка, что несчастный полетел головой вперед через
распахнутую дверь маленькой столовой, при этом он наткнулся на обеденный стол и
с грохотом опрокинул его на пол.
Я стоял в стороне и смотрел.
Карло вошел в столовую, заложив руки в карманы и что-то насвистывая. Сарти
сидел среди остатков своего обеда, физиономия у него покрылась пятнами, глаза
налились кровью.
Карло подошел к окну и сел на
подоконник. Оскалившись в сторону Сарти, он заговорил примерно в таких
выражениях:
– Послушай, жирный
боров, этот парень – мой друг… – Он указал на меня пальцем. –
Так что, если кому-то хочется испортить ему настроение, пусть воздержится. На
это имею право только я. И я не стану это дважды повторять. Уразумел?
Сарти кивнул. Он облизывал
губы, пытаясь что-то сказать, но у него от страха отняло речь.
– У тебя там на него
кое-что написано, не так ли? – продолжал Карло. – Принеси это завтра
утром ко мне. Все, до последней строчки. Соображаешь?
Сарти снова кивнул.
– И если хоть что-то из
этого попадет в руки легавым, тогда им заодно настучат про одно маленькое
дельце, которое ты провернул во Флоренции. Усек?
Сарти кивнул в третий раз. По
его лицу градом катился пот.
Карло обернулся ко мне.
– Все в порядке,
приятель. Этот прохвост больше не посмеет чинить тебе неприятности. Можешь
поверить мне на слово.
Я ответил, что очень доволен.
Карло ухмыльнулся.
– Отлично. Всегда готов
услужить другу. Коли ты играешь со мной, то и я играю с тобой. Теперь иди,
развлекайся. А нам с толстобрюхим надо еще кое о чем потолковать.
У Сарти глаза настолько
вылезли из орбит, что я не на шутку испугался, как бы они ни вывалились на пол.
Он протянул ко мне свои грязные руки и стонущим голосом взмолился:
– Не оставляйте меня,
синьор! Не оставляйте меня с ним!
Мне его совсем не было жаль.
– До скорого свидания,
Карло, – сказал я своему новому «другу».
Спускаясь по лестнице, я
услышал крик. Можно было подумать, что бедный зайчик попал в лапы к волку. Этот
крик еще долго стоял у меня в ушах.
